От автора:

Эти таинственные события происходили в 2006-м году. Был я в то время молодым участковым в небольшом городке в Омской области. Район мне достался не то чтобы сложный, но контингента, за которым нужно было постоянно следить, хватало более чем.

Одним из представителей такого контингента была Екатерина. Несколько лет назад до тех событий проходила девушка по делу об убийстве собственной четырехлетней дочери Насти. Сначала свидетельницей, а потом – соучастницей. Катя «залетела» в шестнадцать лет. Ее мужик – Виталий по кличке Валет был намного старше, и уже имел одну ходку за плечами, по статье «разбой». Когда Катя родила, стали они жить вместе. А однажды выяснилось, что Валет убил свою дочь, вывез загород и закопал в лесу. То ли ему денег не хватало дочь расти, то ли просто надоело ребенка воспитывать. До сих пор неизвестно, знала ли мать об этом или нет, была она соучастницей или нет? На следствии она утверждала, что ничего не знала об убийстве собственной дочери. Однако пять лет поселения она получила, но отсидела только три года, освободившись по УДО. А вот Валет получил двадцатку строгача. Кроме убийства девочки, ему еще припаяли совращение несовершеннолетней, ведь в момент зачатия Кате было всего пятнадцать.

Катя вышла и вернулась в свой дом. А я должен был постоянно следить за условно-досрочно освободившейся. Отмечаться девушка приходила исправно, вела себя тихо. Еще совсем молодая, молчаливая, взгляд потухший, как неживой. Жалоб на нее ни от кого не поступало, жила тихо, подозрительных личностей в дом не водила, не пила, устроилась на работу.

Как-то раз я отправился на вызов в ее дом – пьяная разборка. Разобравшись с пьянчугами, решил заодно и Катерину проведать. Поинтересовался: как живется ей, все ли ладится в новой жизни. Катя вздохнула, тяжело и говорит:

— Да какая жизнь. За дочкой я не уследила. Сама не знаю, как вышло… Знала же, что урод этот Валет из себя представляет, но терпела, хоть и понимала, что на зону он все равно когда-то вернется. В колонии, почти каждый день в церковь ходила, каялась. Бесполезно, не отпускает. Каждую ночь мне Настя снится.

Настроение подопечной совсем меня не радовало, если не сказать, пугало. Она была в таком состоянии, что вот-вот и что-то сделает с собой. Еще хуже было то, что была она одна. Ее мать умерла через месяц после приговора. Отец еще давно ушел из семьи. Я не знал, что ей сказать, пробурчал что-то невнятное про то, что жизнь наладится, все будет хорошо, на этом и разошлись.

ÐаÑÑинки по ÐапÑоÑÑ Ð¿ÑиÐÑак Ñебенка

А через несколько дней приснился мне странный сон. Будто сижу я в своем кабинете, пишу что-то как обычно, как вдруг дверь открывается и заходит ко мне маленькая девочка лет пяти. Я ничего сказать не успел, как девочка с порога мне заявила:

— Дядя, спаси мою маму. Ей сейчас нельзя умирать!

— А кто твоя мама? – спрашиваю я.

— Катя Охоткина…

Тут я проснулся и чувствую, что весь в поту. Сон был очень реалистичный. А Катя Охоткина – это ж та самая Екатерина, подопечная моя! В голове только одна мысль: надо ехать к ней. Вскочил, на часах еще нет пяти утра, оделся, сел в машину. Приехал, забежал в подъезд, звоню в дверь – ответа нет. Стучу со всей дури – никто не подходит. Как вдруг, слышу голос за дверью, голос той самой девочки, которая только что мне приснилась: «Дяденька, лезь в окно!».

Благо, Катя на первом этаже жила, и я полез в квартиру через окно. Разбивать не пришлось, окно было приоткрытым. Залез в квартиру, обошел все помещения и нашел Катю в ванной, уже с перерезанными венами. Вызвал скорую, успели спасти. А вот девочки в квартире не было. Вот и не верь после этого в мистику!

… Прошло несколько лет, я уже не работал участковым и занимал совсем другую должность в областном центре. Как-то раз на каком-то дне рождении разговорился с одним полицейским, который в том городе живет. Оказалось, что у Кати жизнь наладилась, нашла мужа толкового, сына родила… Вот и хорошо, подумал я.